В водевиле XIX века дорогой китайский чай уступает ароматному напитку из полевых трав. За «русаковским чаем» скрывается знакомый многим чабрец — и целая история о том, как мода на чай встречалась с крестьянским бытом, пишет источник.
Водевиль о чае и мечтах
«Ханский чай. Сельский водевиль в одном действии» написал Егор Алипанов — бывший крепостной из Людинова, получивший вольную без выкупа. Его пьесу за свой счет издал граф Николай Мордвинов, покровитель русского сельского хозяйства и промышленности. Единственный спектакль состоялся в Александринском театре 19 сентября 1835 года.
Один из героев — крестьянин Иван Чаев, который после двух лет в Петербурге возвращается домой с самоваром и привычкой пить дорогой китайский чай. Он гордится своим «ханским» напитком, пока сосед не предлагает ему попробовать русаковский.
Чаеву приходится по вкусу душистый настой: он уверяет, что тот приятнее и даже лучше чая, который пил в столице. Ради секрета приготовления Иван готов отказаться от невесты, а затем мечтает выращивать чай у себя в огороде, продавать его петербургским купцам и завести целую сотню самоваров.
Разгадка ароматного напитка
Мечты героя быстро рассеиваются: выясняется, что «русаковский чай» — это розовый лист и богородская трава, собранные на поле. Богородской, или богородицкой, травой в народе называли чабрец — тимьян. Его пряный вкус и насыщенный аромат обусловлены эфирными маслами.
В России встречается множество видов тимьяна, а один из самых известных — тимьян ползучий (Thymus serpyllum). Траву добавляли в горячие напитки задолго до появления современных чайных купажей. Например, в говорах Сараевского района Рязанской области сохранилось выражение «чай с чибретом».
История из водевиля напоминает: ароматный напиток не обязательно был привозной роскошью. Иногда его главный ингредиент рос прямо за околицей — и обходился без расходов на дорогой китайский чай.